Федеральный закон об основах охраны здоровья, который стал в прошлом году одним из самых обсуждаемых, вступил в действие. Разработчики документа называют его «пациентоориентированным» и подчеркивают, что все основные виды медицинской помощи остались бесплатными. Так ли это – разбирался корреспондент «УралПолит.Ru».

Формально новый федеральный закон не уменьшил объем гарантированной бесплатной медицинской помощи. И первичная, и специализированная, и неотложная помощь по-прежнему должна оказываться гражданам бесплатно. В этом отношении ничего не изменилось. Но проблема, по мнению экспертов «УралПолит.Ru», заключается в другом. Утвержденные подзаконными нормативными актами тарифы на гарантированную медпомощь с течением времени все сильнее отстают от себестоимости современных медицинских технологий. Так, в Свердловской области на бесплатную медицинскую помощь одному человеку полагается 8961 рубль в год.

За все, что выходит за рамки территориальной программы госгарантий, даже государственные медицинские учреждения вправе взимать дополнительную плату. Как заявила сегодня, 26 января, в ходе пресс-конференции замминистра здравоохранения Диляра Медведская, чтобы избежать недоразумений, в каждой клинике достаточно иметь перечень бесплатных и платных услуг, доступный для ознакомления. Но, считают в медицинском сообществе, доступность перечня отнюдь не делает доступнее некоторые виды медуслуг. Для того, чтобы это произошло, должны измениться сами тарифы. По мнению медиков, большая часть тарифов в разы меньше желаемого уровня, и лишь некоторые виды медпомощи финансируются более-менее адекватно.

Почему на одни медицинские услуги установлены реальные тарифы, а на другие – крошечные, не понимают даже сами врачи. «Вот, например, тариф на операцию по удалению желчного пузыря в Екатеринбурге – 70 тысяч рублей. Это очень хороший тариф, позволяющий использовать современную технику и проводить реабилитацию в короткий срок. А есть грипп или кишечные инфекции, на которые выделяются крохи, – сообщил источник «УралПолит.Ru» в одном из муниципальных медицинских учреждений. – Больница может располагать несколькими способами лечения одного и того же заболевания, условно говоря – либо на допотопном, либо на современном оборудовании, с помощью старых или новых препаратов. Фактически база есть. Но утвержденный тариф позволяет использовать только дешевые методы. То есть мы можем лечить лучше, но никто этого не оплатит».

Президент Ассоциации региональных медицинских страховщиков Максим Стародубцев считает причиной проблемы то, что механизм формирования медицинских тарифов в России очень закрытый. «В некоторых странах Европы, например, медицинские тарифы обсуждаются и утверждаются в парламенте. А у нас даже объективно оценить существующие тарифы не берется никто, – рассказал он. – По моему мнению, их следовало бы увеличить в 2-2,5 раза».

При этом, отмечает эксперт, некоторые высокотехнологичные узкопрофильные клиники, имеющие неплохие лоббистские возможности, как правило, добиваются высоких гостарифов на оказание своих услуг. В этом случае они могут добровольно присоединиться к программе оказания медицинской помощи по полисам ОМС, т. е. предоставлять «гарантированный» минимум услуг бесплатно для потребителей. В Екатеринбурге в их число входят ряд стоматологических клиник, МНТК «Микрохирургия глаза», а также «Новая больница» и «Клиника Павлова». С одной стороны, для потребителей это плюс, так как увеличивается возможность выбора. С другой стороны, негосударственная клиника имеет право в любой момент отказаться от этой практики, если сочтет ее невыгодной для себя.

Еще одна проблема – недостаточный надзор за действиями медицинских учреждений со стороны компетентных органов. Известны многочисленные случаи, когда «бесплатных» пациентов месяцами не допускали до дорогостоящих диагностических процедур, несмотря на то что аппаратура была закуплена на бюджетные средства и в территориальной программе госгарантий такая услуга предусмотрена. В этих случаях потребители вправе обратиться в Роспотребнадзор или прокуратуру, но, по данным Максима Стародубцева, успеха добиться сложно – даже установив факт нарушения, надзорные органы часто не имеют реальных инструментов для исправления ситуации и склонны винить в ней бедственное положение медицины в целом.

Отметим, что в России на сегодняшний день один из самых низких уровней финансирования здравоохранения – 3,2 % от ВВП (для сравнения: Западная Европа – 7-12 % от ВВП, США – 15 % от ВВП). Впрочем, руководство страны заявляет о скором увеличении этого показателя до 6 % от ВВП, что как раз соответствует пожеланиям самого медицинского сообщества.

«УралПолит.Ru» будет следить за развитием ситуации.